?

Log in

No account? Create an account

March 5th, 2017

В свой жжурнал не пишу, пишу у других, соц.капитал падает. Но забрать свой комментарий из чужого жж в своё всё-таки меньший грех, чем копипаста. Речь о начальной военной подготовке в школе. И вообще о советской школе. Отсюда.
Вот в школе НВП у нас не было, по крайней мере для девочек. А в университете на втором курсе было. И впечатление от этого предмета осталось страшноватое. Девушек готовили в сан-инструкторы. Конечно, научиться делать искусственное дыхание, массаж сердца, да хотя бы пульс найти — вещи полезные. Но преподавательница этого сан-инструктажа преподавала нам свой предмет так, словно нам завтра на передовую третьей мировой. Она ни секунды не сомневалась, что не сегодня завтра Америка на нас нападёт, а потому именно её предмет главный. В конце лекции устраивала какую-нибудь движуху — практические занятия. Бинты кому-нибудь куда-нибудь наматывать, уколы делать в поролоновую попу (хорошо хоть в поролоновую), непрямой массаж сердца (хорошо хоть непрямой) — она ходила по рядам, смотрела и ставила зачёты. Или не ставила — заставляла перебинтовать. Однажды зачёт не получил никто. Надо было наложить жгут для остановки крови. Жгут все наложили правильно, но никто не сунул записку с временем наложения жгута. А мол, в лекции это было — все прохлопали ушами. Одну движуху я с ужасом вспоминаю в ночных кошмарах — "транспортировка раненого на носилках". "Раненым" меня назначили. Хотя там раненной на всю голову была сама преподавательница. И вот почему. Помещение, в котором всё это преподавалось, — это одно из зданий Смольного собора, принадлежащее университету. На третий этаж подниматься надо было по достаточно узкой винтовой лестнице. Когда меня зафиксировали на носилках, то я полагала, что меня перенесут от окна до двери. Если бы я знала, что будет дальше, фиг бы я вообще легла на эти носилки. Две крепкие девицы сначала донесли меня до двери, потом по коридору под напутствие преподы: «несём раненого параллельно поверхности земли». Потом по лестнице: «я же сказала, параллельно земле, а не лестнице. Раненый без сознания, он может скатиться, хоть и зафиксирован. Передняя согнула руки, задняя наклонилась.» Ага, командовать легко. Они дотопали до поворота. И тут вишенка на торт — носилки не вписываются в поворот. Их надо поднять выше перил. И несущие девицы это проделали. Я заглянула в бездну, а бездна заглянула в меня. Будь мои носительницы менее сильны и ловки — отправили бы меня в пролёт в последний полёт вместе с носилками. А рядом: «а что вы думаете! Это крепкая надёжная лестница. А вам раненых из разрушенных зданий придётся выносить.»
Потом был ещё один такой же поворот. Потом наконец-то добрались до площадки первого этажа: «так, наверх раненого понесёт другая пара.» Услыхав о смене носильщиков, я со своей стороны потребовала смены раненого. И тут же нашлась желающая. Какая-то шустрая девчонка легла на моё место. Ну бывают адреналиновые маньяки — я не из них.
Однажды это шоу с подниманием носилок с «раненым» выше перил случайно увидел инженер по техники безопасности — написал докладную в деканат. В деканате были разборки. Инженер про технику безопасности — дама преподаватель про ядерную войну. Декан принял сторону инженера. Таскать «раненых» на носилках по лестнице запретил, по крайней мере по этой.
Дама-преподавательница, конечно, не Кашпировский, но её трёрдая уверенность, что завтра будет война, меня впечатлила. Бог троицу любит.
Четыре года назад умерла от рака моя подруга. И дай мне Бог не позавидовать её смерти в мягкой постели, с кислородной маской, в отделении реанимации