Category: отношения

Юность

Белый мужчина про короткие юбки (отрывок из спектакля...

Некто mrrfema вот уже который пост хайпуется на теме феминизма. Я тоже феминистка, в том смысле что люди должны иметь равные права независимо от пола, расы и национальности. Только зачем по этому поводу в ЖЖ буянить? Де-юре это уже есть, а де-факто, надеюсь, будет и без усилий пламенной mrrfema. Оскорбляют анекдоты про блондинок(?) — перекрасься в брюнетку.
Ну и как всегда в в хайповых постах в каментах обильная мыльная срачечная. И кто-то приволок этот вот ролик.

Автор и исполнитель Константин Потапов. Можно долго перечислять, чем занимается Константин Потапов: он поэт, прозаик, музыкант, актёр, психолог… Но если бы была такая профессия — говорить о самом важном, но невысказанном вслух — то Константин, конечно же, выбрал бы именно её. На его счету по три моноспектакля и поэтических сборника, две престижные литературных премии, миллионы правдивых слов и переворачивающих души историй. © Artifex.ru
А ещё в этой же статье автор (Artifex) скромно называет Константина Потапова «скромным гением современности». Послушайте и посмотрите ролик, всего 4 с половиной минуты. Безукоризненная актёрская работа. И всё! Это всё из хорошего, что я могу сказать. Остальное нехорошее.
Боженьки мои, как мне знакомы эти интонации. У моей мамы была подруга, некая Мария Васильевна. Если лирический герой Константина Потапова то и дело речитативит: я белый гетеросексуальный мужчина из не самой бедной страны, то Мария Васильевна демонстрировала другой словесный бейджик: я коренная петербурженка, пожилая интеллигентная женщина, в прошлом медработник. И разумеется, столь высокая статусность давала ей право говорить всё, что она думает, и направо, и налево. Чем, собственно, она и занималась. И у меня такое ощущение, что где-то Константин Потапов по жизни пересёкся с Марией Васильевной и перенял её гневливо пафосные интонации, пронизанные болью, взахлёб яростные, переходящие в рэп. Конечно, в то время Константин Потапов ещё не был скромным гением, а был всего лишь юным гением.
Хобби у маминой подруги незамысловато: ходить по присутственным местам и устраивать батлы. И равных ей в этом искусстве не было. Самые отчаянные крикуньи и хамки не выдерживали словесного напора и отползали в сторону с бормотанием: «дура психическая». Не крикуньи и не хамки даже и не пробовали соревноваться. Кстати, лирический герой Константина Потапова риторически вопрошает: почему это он девицу в короткой юбке не имеет право называть шлюхой.
Мария Васильевна чётко знала, что девицу в короткой юбке она имеет право называть шлюхой. А вот эта шлюха в ответ не имеет право обзывать её, коренную петербурженку, пожилую интеллигентную женщину, в прошлом медработника, старой гнидой и что-то там по матери. Однажды я встряла, что вы же первая её оскорбили и обматерили. Нет, коренная петербурженка не оскорбляла шлюху, назвав её шлюхой. Шлюха это значит проститутка. Проституция — это её работа, а короткая юбка — униформа.
— Если я в поликлиники хожу в белом халате, и ко мне пациент обратится: «Доктор», я же не обижаюсь. Хоть я и не доктор, а медсестра. А если кто-то ещё не шлюха, но одевается, как шлюха, значит, станет шлюхой.
Кстати, и по поводу приезжих, их точки зрения, коренной петербурженки и белого гетеросексуального мужчины из не самой бедной страны, тоже совпадают. Жильём и работой сперва должны быть обеспечены коренные жители, а потом уже все остальные. И по поводу нетрадиционной любви их взгляды схожи. Просто коренная петербурженка более радикальна в этом вопросе: «Извращенцев надо кастрировать!»
О, эта дама — коренная петербурженка, пожилая интеллигентная женщина, в прошлом медработник — достойна отдельного эссе. Но тема поста — белый гетеросексуальный мужчина из не самой бедной страны. Автор моноспектакля Константин Потапов в комментариях к ролику, то просит не путать своего лирического героя с ним самим, автором, то соглашается, что да, это и мнение автора тоже (а кто бы сомневался).
Итак, если рассматривать этот монолог как художественное произведение. И не только актёра (актёрская работа безупречна), но и сценариста, то вот что мне хочется отметить. Несоответствие патетики драмы реальным причинам её побудившим. Нельзя с пафосом, достойным «Карфаген должен быть разрушен!», восклицать: «Жучку надо усыпить!» Пафос сам по себе как приём риторики не плох и не хорош. Он уместен, когда уместен. Но боже ж мой, какая пафосная отрава, когда объект воспеваний и возвываний ничтожен. Чем недоволен белый гетеросексуальный мужчина из не самой бедной страны? Тем, что на одну ступень с ним во имя какой-то там толерантности пытаются поставить чурок, шлюх и педерастов. И что? Белому гетеросексуальному мужчине из не самой бедной страны зашквар стоять на одной ступени с недоделками? А устраивать публичные истерики и называть их моноспектаклями — это не зашкварно? Это искусство?
Мелочная суетность надуманной, высосанной из пальца проблемы, облачённой в тогу гуманитарной катастрофы, — это смешно.
Юность

Почти библейский сюжет.

Их много, на каждую сотню трое мужчин и одна женщина — это очень много. Тварь ли я дрожащая или право имею? Это о них. Они не твари дрожащие, они право имеют: убивать, предавать, да всё что угодно. Они в тайне гордятся собой, а иногда и не в тайне. Кругом слабаки, а они сильные и независимые. Там, где другой никогда не посмеет, эти смеют всё. А хоть бы и мать убить. И брата. И попытаться свалить на почти убитого брата убийство матери. На отпевании матери стоять у гроба и улыбаться (есть видеозапись). Почти библейский сюжет.
И что с этим делать? Ненавидеть их? А это не работает. Чем больше их ненавидят, тем больше у них повода убивать, предавать и всё что угодно. Беспрекословно потакать любым прихотям? Не получится, аппетит ненасытен.
Что делать с психопатами? Наверное, для начала их надо распознать. Но какой матери это под силу? Вот и эта мать — дипломированный психолог понять не смогла, какую опасность представляет из себя её умный и весёлый сын. Что разгильдяй — видела, что неуживчив — знала. Но то, что он может убить её и старшего брата, даже в мыслях не имела. А зря, допускала бы такую мысль — была бы с сыном помягче. И трагедии бы не случилось. Пока не случилось бы.
Сильно сдавший Виноградов что-то там бормочет про ревность, мол, младший сын ревновал мать к старшему. Мать старшего больше любила. Так вот, это повод, а не причина. Только психопат может убить из ревности к матери саму мать.


Юность

Изнасилование.

Боженька видит, не хотела я из глубины времён доставать этот баян, другой пруф искала, но нашёлся этот. Впрочем, если кто не любит ходить по ссылке (хотя там ещё и фотки), то вот: Collapse )</i>
Пруф той истории, который я искала — не нашла. Хотя он в своё время был в виде непотребных фоток. Расскажу своими словами.Collapse )
С одной стороны, люди взрослые, чем хотят, тем и развлекаются. Но в игры играть приедается, хочется настоящего. Вот и насилуют по-настоящему того, кто подвернётся. Нашумевшее в своё время дело художника Ильи Трушевского (погуглите, кто забыл). Он тоже считал, что занимается БДСМ, жёстким сексом, а не изнасилованием.
Юность

Я не такая, я жду трамвая

В некотором офисе, в некотором учреждении трудилась-работала красавица Настя, девушка жарких очей, но строгих речей. И была у неё некая милая привычка, или, можно сказать, странная причуда, а точнее придурь откровенная: нравилось ей мужчин соблазнять. Нет, не так чтобы за шиворот и в койку. Боже упаси, какая койка! А вот как-нибудь так: приходит она в кабинет главбуха Семён Семёныча. Что-то там подписать и распечатки показать, и вся такая томная, зовущая. И смотрит она Семён Семёнычу в глаза откровенным сексуальным взглядом, который не перепутать ни с чем. Даже Семён Семёнычу. Хотя он мальчик большой — в килограммах за 100, в летах к 70-и. Последний раз на него так смотрели лет этак 30 назад, а может, 40. Он аж хмыкнул от неожиданности. Ну и за локоточек Настеньку попридержал. А та: «Семён Семёныч, что вы себе позволяете? Я девушка честная, непорочная». Ну понятно, я не такая, я жду трамвая.
Второй раз за короткое время смутился Семён Семёныч. Опять хмыкнул, мол, обознался, давно не практиковался.
Только нефига он не обознался. Взгляд, исполненный похоти и вожделения, читается на раз и мужчинами, и женщинами. А уж как ты на него отреагируешь — это по обстоятельствам.
Семён Семёныч был, наверное, последним фруктом в этом офисе, на ком Настенька отрабатывала приёмы обольщения. Все остальные мужчины и, что греха таить, некоторые женщины уже получили от Настеньки «за кого вы меня принимаете?» и были раздосадованы на себя, что повелись на посулы, и злы на Настеньку, что развлекается фиг знает чем.
Кто-то из взрослых тёток пытался поговорить с Настенькой, что так нельзя себя вести. «Как? — изумлялась Настенька — Я ничего не делаю плохого. Как это, не так смотрю? Как смотрю, так и смотрю.» В общем, идёт в несознанку и понимать ничего не хочет. А потому пребывает в горделивой уверенности, что все её хотят и домогаются. Кстати о домогательстве. Это вторая любимая её фишка. Имея по роду работы доступ к личным делам сотрудников, она многократно проделывала один и тот же фокус. Звонила на домашний телефон очередного неудачливого соискателя сексуальных утех, звала к трубке жену и жаловалась ей, что её муж домогается её, то бишь Настеньку, прямо проходу не даёт.
Зачем она это делала? Ну мало ей было чувства превосходства над мужчинами, надо и над женщинами приподняться. Если твой муж меня домогается, то, наверное, я тебя привлекательнее.
Но однажды привычный фокус не удался.
— Здравствуйте, извините, вы жена NN?
— Ну.
— Меня зовут Настя. С вашим мужем мы вместе работаем. Я хочу предупредить вас, что он меня домогается.
— Серьёзно что ли?
— Да, прямо проходу не даёт.
— Так, дорогуша, запиши телефон. И расскажи всё это ей, во всех подробностях. Можешь и приврать чего-нибудь. Разрешаю.
— Кому?
— Кому, кому! Любовнице моего мужа. Он сейчас у неё. И привет ей от меня передавай. А то давно не виделись, не слышались. Небось соскучилась.
Эту историю за обеденным чаепитием рассказывала подруга жены того самого мужа, который живёт у любовницы, но домогается Настеньки. Одна из слушательниц, муж которой тоже работал в этом офисе, вспыхнула румянцем, закусила губу и опустила голову. Единственный среди чаёвничающих дам мужчина потемнел лицом и выразился в том плане, что Настенька звезданутая на голову и найдёт-таки себе приключение на всю свою звезду. Как в воду глядел.
Устроился в эту контору охранником некто Андрей, бывший десантник. Вчера ещё с парашютом прыгал, а сегодня возле дверей на стуле сидит и девушек разглядывает. А Настенька тут как тут. Ещё даже помпу для закачки вожделения включить не успела, а десантник был уже готов. И вот если бы он сразу руки распустил, можно было бы по рукам надавать. А то он ходит по пятам и сопит. А сопение в реестр домогательств как-то и не входит. Потом стал цветы и подарки дарить. Потом сделал предложение. Щас! Как же! Не для того Настенька каждое утро на гладком овале лицо рисует, чтобы за охранника замуж выходить. Она уж сама не рада такому повороту судьбы. А охранник Андрей ходит за ней хвостом, сопит и замуж зовёт. Контора на всё это смотрит и угорает. Работать некогда. Кто-то предложил пари: что дальше будет? Придушит ли он её, прежде чем самому откуда-нибудь прыгнуть без парашюта, или они всё-таки поженятся? Видимо, через подставных лиц начальница этой конторы сделала ставку на «поженятся», потому что пригласила в свой кабинет Настеньку и предъявила ей ультиматум: «либо выходи замуж за этом десантника, либо увольняйся. Мне уже этот цирк надоел.»
Настенька пришла домой к папе с мамой вся в слезах и горе. Так, мол, и так начальница требует от Настеньки, чтобы та вышла замуж за охранника, иначе уволит.
— Да что за бред?! — возмутился папа — Как она смеет такие условия ставить? Где в КЗОТе такое написано?
И пошёл на следующий день поговорить с начальницей. О чём они говорили, история умалчивает. Но Настенька через неделю уволилась. А месяца через три уволился и Андрей. Видимо, нашёл, где Настенька в секретаршах бегает, и устроился туда охранником. Поближе к Настеньке.
И чем дело кончилось — никто не знает.
–--------------------------------------------------------
Только сказка не о любви Андрея к Настеньке. А о женском пикапе. Если мужской пикап — нечто конкретное и определённое, уговорить девушку на секс. Можно и не объяснять ей, что это одноразовый секс, а то сорвётся рыбка с крючка. Женский пикап — это искусство влюблять в себя. Или хотя бы, чтобы тебя желали. И кокетство — это совсем не то, это много шире. А пикап имеет узкую сексуальную направленность. Но меня всегда удивляли эти дамы, которые умеют включать вожделение, как электрический фонарик. Это что-то из области шевеления ушами или усилием воли поднять волосы дыбом. Не каждому дано. Вот только даром бы я это не назвала. Даром такой дар не надо.
И когда какая-нибудь дурёха хвастает, что любого мужчину может в себя влюбить, я понимаю, что это об этом. О том что подойдёт она к мужчине, заглянет в глаза и начнёт вожделеть. Так и хочется сказать: спрячь и не показывай. Или уж делай своей профессией. Но вожделеть, глядеть влажным похотливым взором, говорить с придыханием, вздымая эрегированную грудь, а потом верещать, что она не такая, а ждёт трамвая, — это нечестно и непорядочно.
Юность

Гадливость такая гадливость

Всегда ощущала, что что-то с этим блогером не так. Написала барышня пост «Гадливость», отправной точкой послужила картина Соломина Николая Константиновича «Слово не сдержала (Не дождалась)». И Галина Иванкина испытывает чувство гадливости к женщине — героине этой картины. Картина написана в 1961 году. В то время очень сильны были установки: муж ушёл на фронт — жена расти детей и жди мужа. Потом это автоматически перекинулось на армейскую службу вообще. Парень ушёл на три года в армию, а девушка, с которой он "гулял" до армии, обязана его дождаться. Почему? А вот так. Если служить — это священный долг мужчины, то дождаться жениха из армии — это священный долг женщины. И официоз поддерживал эти мифологемы исключительно из практических нужд. Пареньку оружие доверили, и вдруг приходит письмо, что невеста его не дождалась. Один плечами пожмёт, другой выругается и сплюнет, а третий полроты уложит и себя порешит. Нет уж, надо накачивать дев, чтобы они ждали своих солдатиков. А на гражданке уж как получится. Расплюются и разбегуться — их дело, а пока жених служит — невеста пусть его ждёт, чтобы никаких эксцессов в армии не было. То есть женщина на картине, не дождавшаяся своего парня из армии и вышедшая замуж за другого, нарушила неписанные правила.
Но это та жизнь, те правила. Теперь другая жизнь и другие правила. И что тут делает Зина-корзина со своей гадливостью?
Пост попадает в топ. Набирает около 300 комментариев. Ещё бы, взаимоотношение мужчин и женщин — острая тема. Кто-то задаёт автору поста вопрос: «вам несложно объяснить, почему вы испытываете гадливость к беременной женщине у колодца?» Формулирую своими словами и имя автора камента назвать не могу. Зато дословно могу привести ответ Зины-корзины: «Сложно. Мне за блогерство не платят.» То есть Зина-корзина написала пост, а когда её попросили уточнить причины столь негативного отношения к персонажу картины — женщине у колодца, отказывается это делать, потому что фирма веников не вяжет бесплатно. Я ей отвечаю: «И мне не платят. И тому, кто у Вас комментарии пишет, тоже не платят. Но раз именно Вы подняли тему, так и разъяснить должны, почему эта женщина вызывает у Вас чувство гадливости. Лично у меня вызывают чувство гадливости вот такие комментарии: "из того, что она самка и у нее нет мотиваций высшего порядка вроде верности, чувства долга, т. е. по сути она животное." И если нечто подобное сей кавалер у колодца писал из армии своей невесте, то неудивительно, что она не стала его ждать, а вышла замуж за другого. А что поза виноватая, так она беременна и должна думать о своём здоровье и здоровье своего ребёнка. Понтовать сейчас нельзя, это хлопца может разозлить. Убьёт и в колодец скинет. Много не дадут — адвокаты скажут: состояние аффекта.»
Надо ли объяснять, что автор мне отвечать не стала. А сделала вот что: «Комментарии к этой записи отключены автором.» То есть все триста с чем-то комментариев улетели в пустоту.
А теперь представьте себе, что хозяин дома пригласил гостей, чтобы обсудить некую тему. Но обсуждение пошло не так, как хотелось бы хозяину. И тогда он выключил в доме свет и попросил всех выметаться.
Автор, так ценит своё время, что не хочет изложить свою позицию более аргументированно, потому что ей за блогерство не платят, но абсолютно не уважает труд и время своих комментаторов. Одним нажатием пальчика — и никаких комментариев больше нет, только её пост.
Да, интернет — вещь сравнительно новая. Протоколы интернетовской этики не прописаны. Но есть чисто человеческая интуиция, на неё и надо ориентироваться в вопросах, что допустимо, а что нет. Высокомерие и пренебрежительное отношение к людям ни где не в чести, ни в жизни, ни в интернете.